Итак, снег все-таки выпал. Во всяком случае, я только что видел, как он лежал на ступеньках перед зданием редакции, и уши мне чуть-чуть подморозило - без малого как зимой.
Я, как и многие мои друзья и знакомые, мечтал о том, чтобы зимы в наших краях было поменьше, а снег лежал не шесть месяцев в году, а хотя бы четыре. Мокрая жижа под ногами, серо-коричневые сугробы, гололед и разъедающие всё около средства борьбы с ним - и все это почти на полгода. А потому что там у них, в Европе, ничего такого нет. Я более того не про Италию и другое Средиземноморье, но ибо дико обидно, когда видишь, как по телевизору в середине декабря бегают по зеленой траве английские футболисты, натурально в трусах, а зрители сидят в свитерках, славно если подвязав для приличия шарфы.
Ну а в наших краях, оренбургских степях
Заметает следы снежный прах.
И Петрушин возок всё пути не найдет.
И Вожатый из снега встает.
В ноябре ещё туда-сюда , но к марту сильно тяжело отделаться от ощущения, что все проблемы, все неурядицы наши связаны с этим самым снегом. Что не было бы его - и все встало бы на свои места: суды стали бы судами, выборы - выборами, бюджеты бы стали расходовать, а не пилить.
И вот сбылась мечта. Прошел ноябрь, наступил декабрь, а снега нет как нет, на дворе +5-10. Поначалу никто в особенности не заморачивался, после этого наступило приятное удивление, опосля почти всех исходное положение одолевать какое-то тревожное чувство. С одной стороны, все понимают: нет снега - значит, хорошо, но с другой, никаких чудесных перемен в жизни и настроении не происходит. Даже наоборот, как-то все зачин раздражать. Хмурое, все время серое небо. Работа, которой под финал года накопилась чертова прорва. Пробки, которые стали абсолютно невыносимыми и без всякого снега. На свои места ничто не встало, даже наоборот: как раз в эту зиму целиком привычная уже реальность неожиданно стала остро ощущаться как критически ненормальная. Вранье по телевизору стало почему-то особенно невыносимо (хотя собственно вранья больше как будто не стало), подтухшее мясцо в супермаркетах, перерытые улицы, цены на жилье (хотя как раз в декабре они негусто упали) - все это стало как-то бесспорно раздражать. А тут еще страна всей своей мощью в лице "Газпрома" и Валентины Ивановны Матвиенко взялось обезобразить Лучший в Мире Город. В общем, без снега становилось все труднее и труднее. Ну и, наконец, напряженность переросла в панику - этого же не должно быть! В декабре не должно быть этакий погоды!
Тут, к счастью, на поддержка пришла русская классика: "В тот год осенняя погода / Стояла длительно на дворе, / Зимы ждала, ждала природа. / Снег выпал только в январе". Эти строки, а ещё немного соседних выучили наизусть все и цитировали не переставая - вообще давнехонько замечено, что природные катаклизмы способствуют всплеску интереса масс к высокому искусству. Факт, что такое уже было и сам Пушкин тому свидетель, безусловно, успокаивал, но эти строчки вошли в обиход еще в конце ноября, и к середине декабря их терапевтическое действо броско ослабло. Тем больше что супротив Пушкина в ход пошла тяжелая артиллерия. По телевизору какой-то заслуженный профессор с цифрами в руках доказывал, что Земля то ли уже налетела, то ли вот-вот налетит на небесную ось. Ему вторили и другие авторитеты всяческих наук, рисовавшие многообразные и очень выразительные картины немедленного конца света.
В общем, опыт с переходом на европейские образцы погоды провалился. Не получилось у нас без снега. Впрочем, в апреле - а он ведь, гад, несмотря ни на какие глобальные потепления, пролежит сейчас до апреля - мы еще раз начнем плакаться и думать, что все занятие в снеге и, если бы его не было, то у нас суды стали бы судами, выборы - выборами, и бюджеты стали бы расходовать, а не пилить.
