Все положительные явления от введения ЕГЭ связаны с его разрушающими функциями: он лишил вузы собственных испытаний, а школу - ее выпускного экзамена. Но как замена этих экзаменов. ЕГЭ вызывает большие сомнения
Единый государственный экзамен (ЕГЭ) молниеносно вошел в бытие школ и вузов. Еще в 2006 году не возбраняется было прочесть в прессе рассуждения о том, что многоуровневая организация тестирования лучше отвечает потребностям образования. В 2007 году Государственная дума РФ проголосовала, и ЕГЭ ускоренными темпами прошел стадию эксперимента, получив с 2009−го статус регулярного экзамена, основного способа проверки качества школьного образования и вместе с тем единственного испытания при поступлении в вузы (с некоторыми вариациями). Большинство представителей системы образования разделяют ЕГЭ как идею и ЕГЭ как воплощение этой идеи. Как мысль он больше привлекает, чем отталкивает, как реализация идеи - скорее наоборот.
Взломанные стены
Можно по-разному оценивать уровень коррумпированности вступительных экзаменов в российских вузах, но уже тот факт, что ее наличие признается и ярыми защитниками высших учебных заведений, говорит не в пользу системы собственных испытаний вузов (между защитниками и ниспровергателями экзаменов вузов давнехонько идет спор о масштабах коррупции и о том, сколь велика в этом месте вина государства, не способного гарантировать нормальные зарплаты профессорско-преподавательскому составу). С 2009 года абсолютное большинство вузов лишено возможности проводить собственные вступительные экзамены[латин. examen]. Проверочное испытание по какому-нибудь учебному предмету. - студенты зачисляются по результатам ЕГЭ. Ситуация с зачислением становится для приемной комиссии вуза в то же время максимально несложный и объективной - составить заявки и провести отсечение (наиболее бесспорный вариант - по сумме баллов трех экзаменов).
Впрочем, высшие учебные заведения, попавшие в список 24 ведущих (в Петербурге их четыре), имеют вероятность сформировать единственный прибавочный экзамен (какой именно, определяет Министерство образования). Впрочем, эта полумера - все одинаково явный шаг к разрушению порочной практики вступительных испытаний.
Но если взятки за поступление и существуют, то это только доля общей картины. Никто ни при каких обстоятельствах не отрицал, что способные студенты завсегда необходимы вузам, желающим подняться выше среднего уровня. "Во многих вузах считали и считают: то, какие у вас студенты, важнее, чем то, какие у вас преподаватели. Хороший контингент учащихся необходим высшему учебному заведению для развития", - отмечает ректор Смольного института свободных искусств и наук Николай Копосов. Хорошая иллюстрация данного суждения - вузы, которые берутся содержать талантливых студентов, не попавших на бюджетные места. В частности, в Петербурге целевой прием на договорные места (когда спонсоры факультета оплачивают обучение талантливых студентов и выделяют им стипендии) практикует Высшая учебное заведение менеджмента. Во многих вузах лучшим студентам назначают специальную стипендию.
В плане отбора необходимых высшему учебному заведению студентов цельный госэкзамен производит скорее отрицательное впечатление. С одной стороны, он дает возможность избирать из большего числа абитуриентов - это несомненный плюс. Но с иной стороны, тестовый экзамен не дает четкого понимания, какого абитуриента получает вуз. ЕГЭ - по определению в свое время всего школьный экзамен, так как в первую очередность он оценивает порядок освоения школьных стандартов. Для вузов этого зачастую недостаточно, им нужны не знания сами по себе, а умение их применять. "Смысл высшего образования содержится не в том, что получившие его невпроворот знают, а в том, что уровень мышления у них немного иной. А с помощью одного теста проверить, может ли мужчина мыслить, понимает ли причинно-следственные связи между событиями и явлениями, на практике невозможно", - уверен профессор Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов Андрей Харламов.
Во многих странах есть практика, когда в вуз зачисляют на основании школьного аттестата, но она ни в жизнь не исчерпывается одними лишь выпускными экзаменами. Если брать примеры Франции или Америки, где похожий подход довольно развит, то разрешается увидеть, что вузы рассматривают достаточно объемные досье, описывающие различные успехи школьников, рассказывает Николай Копосов. Но чтобы эта система работала, досье должны быть: а) надежны; б) соизмеримы. В России покуда этого достичь практически невозможно. "Получается, что в Америке или во Франции есть школы лучше или хуже, но такого резкого разрыва, как у нас, между хорошими и плохими школами там нет. Плюс степень коррупции, которая пронизывает российские институты, все же прямо выше", - сетует Копосов.
Пока составление объективного досье школьника остается в области теоретических рассуждений, все значимые вузы будут стоять за схему "ЕГЭ плюс дополнительное испытание". Если они потеряют такую возможность, то будут стараться ограждать ту единственную альтернативу, что дало государство, - олимпиады.
Альтернатива из Олимпии
Сегодня практически все заметные вузы (а если мы говорим о лучших учреждениях, то не только вузы, но и отдельные факультеты) энергично развивают единственную официальную альтернативу - олимпиады. "Мы в этом году выделили на своей олимпиаде 175 человек, прошедших трехуровневое испытание. Для них виктория на олимпиаде означает, что нужно несложно сдать обязательные ЕГЭ на позитивный балл - и они наши студенты", - рассказывает Андрей Харламов. Таких олимпиад, дающих возможность в обход ЕГЭ поступить в высшее учебное заведение, не так страсть сколько - в списках Министерства образования их значится 120. Но посредством год-два эта цифра должна подрасти в разы: многие вузы или факультеты спохватились только в текущем году и в то время как не вошли в списки. "Правила организации зачетных олимпиад заключаются в том, что их нужно проводить как самое малое два года и на них должно быть не менее 300 участников из разных регионов", - объясняет заместитель декана по бакалаврской программе Высшей школы менеджмента СПбГУ Юрий Федотов. И, как многие, добавляет: "В этом году мы провели первую олимпиаду, в следующем заново будем проводить, и по результатам двух олимпиад рассчитываем на закрепление в министерском списке".
Между тем олимпиадное движение, только набирающее обороты, в некотором смысле нивелирует такую составляющую ЕГЭ, как обеспечение равных возможностей для обитателей отдаленных регионов и крупных городов. Из 120 олимпиад, вошедших в министерский список, больше 100 - олимпиады Москвы и Санкт-Петербурга. Организаторы признают, что в регионах в отдалении не все школы знают о существовании олимпиад, ещё меньше - информируют и как-то готовят к этому своих учеников.
Олимпиады в первостепенный своей массе оказываются все же столичными и по факту не настолько массовыми (главное изъятие - олимпиада СПбГУ, которая проводится в ряде регионов России). "Если взглянуть первоначальные данные, окажется, что конкурс на олимпиаде был невелик - три-четыре человека на место", - признает Харламов. Впрочем, представители вузов не тешат себя иллюзиями - олимпиадное движение вряд ли станет весомой альтернативой ЕГЭ. "Пока нет лимитов по количеству студентов, которых вуз может набрать с помощью олимпиады. Но оттого что олимпиады проворно становятся массовым явлением и вузы бойко используют тот самый агрегат для отбора студентов по своим стандартам, я думаю, министерство достаточно резво установит ограничения", - уверен Юрий Федотов.
Темнота экзамена и тьма незнания
То, что большинство вузов принимают и будут принимать студентов только по тестам ЕГЭ, - задача лишь отчасти. В конце концов, лучшие ученики получают более высокие баллы на едином госэкзамене. И если в первостепеннный год приема по ЕГЭ у высшего учебного заведения опыта нет, то на следующий он очевидным образом появляется. Отдельные вузыВысшее учебное заведение (вуз) — образовательное учреждение, дающее высшее профессиональное образование. Различают государственные и частные вузы. Вуз может иметь филиалы и представительства в других населенных пунктах. для себя уже в чем-то разобрались и ЕГЭ для них - не котик в мешке. "Мы знаем, что те, кто получил на ЕГЭ по русскому языку меньше 50 баллов, - точь-в-точь не наши абитуриенты", - объясняет Юрий Федотов. Другой образец из практики Высшей школы менеджмента - британский язык. В прошлом году вузВысшее учебное заведение (вуз) — образовательное учреждение, дающее высшее профессиональное образование. Различают государственные и частные вузы. Вуз может иметь филиалы и представительства в других населенных пунктах. проводил двухуровневый экзамен по этому предмету. Первым уровнем был тест ЕГЭ, вторым - обычный экзамен. "Никто из тех, кто набрал меньше 70 баллов на ЕГЭ, второй экзамен не прошел", - вспоминает Федотов. То есть определить планку по ЕГЭ не так уж и сложно. С прочий стороны, как показал упомянутый эксперимент, эта планка относительна: из тех, кто набрал больше 70 баллов на ЕГЭ по английскому языку, не все выбраны вузом. Есть и более твердый по отношению к абитуриентам вариант работы с принятыми по ЕГЭ - отчисление потом первой сессии. И раньше всего тех, кто получил во период государственной аттестации необоснованно высокую оценку.
Более неприятное явление, которое ощущают на себе вузы, связано с ЕГЭ не напрямую, а косвенно. Преподаватели, в особенности точных и естественнонаучных дисциплин, все время недовольны отсутствием системы в знаниях своих студентов. Знания оказываются фрагментарными, представлены некими клочьями. Кто-то может не знать, что такое рубеж или логарифм, кто-то - простейшие тригонометрические формулы. В физике или химии аналогичные пробелы ещё не редкость. Сложно в этом винить ЕГЭ, тут проблемы несколько иного рода. В целом понятно, откель такие дыры в знаниях студентов: нехватка учителей в средней школе в последние годы особенно велика, а значит, те же пределы или изучались в немалый спешке, или не изучались вовсе. К тому же данная тенденция накладывается на невысокий групповой уровень подготовки абитуриентов по всем предметам. "В последнее час очевидно, что в школе возник перекос в сторону гуманитарных знаний, а уровень работ по математике очевидно слабеет", - рассуждает Андрей Харламов. Но гуманитарии делают такое же негативное заключение об уровне гуманитарных знаний. "Есть отдельные школы, которые готовят выпускников крайне недурственно - приметно лучше, чем в советские времена, но основная масса все же показывает нехороший уровень", - замечает Николай Копосов.
"Проблема существует - свойство образования впрямь падает, - соглашается Юрий Федотов и спешит добавить: - Но это не только наша проблема, это общемировой тренд. Посмотрите отчеты мировых держав, возьмите недавнее выступление Барака Обамы". Это на самом деле так - система среднего образования переживает нынче нелегкие времена во всем мире. "В последние годы и у нас, и во многих европейских странах стабильно снижалась нагрузка для школьников, - рассказывает шеф Санкт-Петербургской классической гимназии 610 Сергей Бурячко. - Там это случалось в большей степени под влиянием некоего социального популизма (общество посчитало, что детям надобно больше быть дома), у нас - вследствие давления со стороны медиков". Так что понижение уровня образования - в некоторой степени закономерный результат защиты ребенка от школьной нагрузки.
Вклад в деградацию образования вносят и информационные технологии, прочно вошедшие в обыденную жизнь. Дети читают на строй меньше книг, активнее пользуются интернетом и, как следствие, привыкают понимать и контент(англ. content) — любое информационно значимое (содержательное) наполнение информационного ресурса (например, вебсайта) — тексты, графика, мультимедиа. В IT-сфере чаще всего этот термин употребляют, говоря о текстовом наполнении вебсайта (англ. web content). учебника, и речь преподавателя чрезвычайно поверхностно, некритично, выхватывая готовые ответы, а не логику. "Уверен, что мы сегодня стоим на пороге революции в системе образования. В современном информационном пространстве преподаватель не может быть только носителем знаний, - считает Сергей Бурячко и раскрывает свою мысль: - Есть традиционная форма образования - так называемый репродуктивный способ: пришел учитель, носитель информации, и передает свои знания ученикам. Так со средних веков учила школа. Но есть и альтернативный подход, он, кстати, известен с античности, когда педагог - не носитель, а побудитель знания. То есть находит такие способы, приемы, чтобы раскрыть человека к получению информации извне".
Надо заметить, что, к чести Министерства образования, надобность изменения неких принципиальных основ преподавания осознана. В настоящее миг живо разрабатываются и принимаются новые федеральные образовательные стандарты и для младших классов, и для всей средней школы. И побудительная проблема учителя - создание личности, умеющей и желающей познавать мир, - заявлена достаточно четко.
Раскрытие проблемы и сокрытие ее
Но вот другой вопрос: насколько новая ревизия способностей учащихся позволяет обрисовать общую картину в сфере образования, насколько развернутую картину знаний выпускников дает ЕГЭ? Судя по всему, жутко смутную. Прежде всего потому, что система выставления конечных баллов ЕГЭ остается непрозрачной. Есть задания, которые позволительно осуществить верно или неправильно, есть творческое задание, которое проверяется несколькими преподавателями по очевидным критериям. Но есть еще и загадочный разбор сложности вопросов, алгоритм которого никому не раскрывают, а между тем он определяет то, как первичные баллы по различным категориям заданий превращаются в итоговый балл.
В 2009 году в итогах ЕГЭ по русскому языку впервой оказались прописаны рядом первичные и итоговые баллы. И сию минуту выяснилось, что алгоритмточный набор инструкций, описывающих последовательность действий некоторого исполнителя для достижения результата, решения некоторой задачи за конечное время. По мере развития параллельности в работе компьютеров слово «последовательность» стали заменять более общим словом «порядок». Это связано с тем, что какие-то действия алгоритма должны быть выполнены только друг за другом, но какие-то могут быть и независимыми. выставления конечного балла сильно сложен. Сравнение полярных случаев дает неясную картину. Вот определенный пример, тот, что привел учитель обычной школы (участник форума www.pedsovet.org): "Ученик этого года, по русскому языку - 37 баллов (то есть выше двойки). Степень выполнения работы: задания категории "А" - 7 баллов из 30 возможных, категории "Б" - 0 из 9, категории "С" - 8 из 21. Математика упрямо говорит, что степень выполнения им экзаменационной работы - точнехонько 25%. Я понимаю, логиты, нелинейная система подсчета, но не понимаю, откуда берутся 37 баллов. Как 15 баллов разбухают в 37, каким образом?" Эти рассуждения славно дополняются обстоятельством, которое подметил другой участник форума учителей: четверть правильных ответов на задания категории "А" нисколько не свидетельствуют о каких-либо знаниях: когда ученику нужно предпочесть из четырех вариантов, 25% правильных ответов - угадывание. Остается короткое эссе, оцененное в 8 баллов из 21, - по мнению учителей, так может черкануть и семиклассник.
С другой стороны, когда речь идет о работах лучших выпускников, налицо противоположная обстановка с пересчетом баллов. "Вот смотрите, работа: в категории "А" максимальное численность баллов, в "Б" - кроме того (соответственно 30 и 9), в "С" - 19 баллов из 21 возможного, - рассказывает учитель русского языка и литературы Петербургской классической гимназии. - И это один из лучших результатов по городу. Но при пересчете в конечные баллы это служба всего на 89 баллов, то есть два промежуточных балла стоили 11 итоговых". В конечном счете складывается некая общая картина: набрать порядка 50 баллов легко, а более 80 - очень затруднительно. В случае с другим обязательным экзаменом (математика) "вилка" также невелика - 35−65 баллов. В узком промежутке баллов оказывается без малого впритык абсолютное большинство. Рядом стоят тот, кто идеально отписал самые простые задания, но не смог разрешить достаточное число сложных, и тот, кто в состоянии осуществлять сложные тесты, но допустил некие огрехи в простых. Как на основании эдакий мешанины разрешено выявить какой-то истинный уровень образования или, в перспективе, его эволюцию, остается загадкой.
Другой миг из взаимоотношений школы и ЕГЭ вызывает не меньшую тревогу. Чиновниками от образования единый экзамен[латин. examen]. Проверочное испытание по какому-нибудь учебному предмету. всю дорогу позиционировался (и к настоящему моменту ничего не изменилось) как технология адекватной оценки уровня образования. Школы оцениваются в первую очередь по тому, какие результаты на ЕГЭ показывают их выпускники. И этот факт не может не влиять на образовательный ход - преподавание в одиннадцатом классе практически не ведется. Ученики с учителями без затей разбирают варианты ЕГЭ прошлых лет, учатся осознавать язык стандарта, зубрят необходимые факты и определения. Представители вузов и школ высказывают одинаковое мнение: тесты ЕГЭ, особенно по гуманитарным предметам, ориентируют на заучивание. И в этом кроется серьезное противоречие: с одной стороны, есть осознанная необходимость перестраивать систему образования, покидать от передачи фактов и определений, с другой - есть стандарт, по которому проверяется качество образования, и он как раз требует фактов и определений.
Санкт-Петербург
