Бардак. Именно этим нелитературным словом разрешено обрисовать нынешнее состояние русского языка. От школьников, журналистов и чиновников требуют, чтобы они писали грамотно, то есть в соответствии с языковой нормой. А что такое норма? Ни наука, ни держава не могут явственно втолковать это обществу - произвольный словарь предлагает свойский вариант

Иллюстрация: Татьяна Метелик

Все началось с банального происшествия. Сдав статью в отдел литредактуры, мы получили ее вспять с одним исправлением: в вопросе "Верите ли вы в Бога?" прописная буква в слове "Бог" была заменена на строчную - "бог".

В отделе литературной правки нам объяснили, что заглавная буква в слове "Бог" подразумевает жестко христианский, мусульманский или иудейский контекст. А как черт из табакерки свойский участник беседы буддист, кришнаит или, не дай Б/бог, вообще атеист? Мы тем самым покушаемся на свободу его вероисповедания, закрепленную Конституцией РФ. Нехорошо.

Мы начали копаться в словарях. Вот "Орфографический словарь русского языка" издания 1956 года, тот, что стал основой для сотен других словарей. Там зафиксирован один-единственный вариант написания слова "бог" - с маленькой буквы. Но это без труда объясняется: держава в то момент была атеистической.

Берем словарь, изданный в 2009 году. В предисловии обещают: "Данный орфографический словарь содержит лек­сику современного русского литературного языка". Но и там "бога" предлагают сочинять только с маленькой буквы. То же самое и в нескольких других аналогичных изданиях, выпущенных в последние пару лет.

Некоторые словари согласны на "Бога" с здоровый буквы. Но с оговорками. В классическом справочнике Розенталя в версии 1999 года сказано: "По усмотрению пишущего выбирается строчная или прописная буква в слове "Б/бог", в устойчивых выражениях "Б/бог даст", "не приведи Б/бог", "слава Б/богу" и т. п.". Другие современные словари уверяют, что в таких случаях может употребляться только строчная буква и писать: "Не дай Бог, тот самый придурок напьется и заснет в сортире" - безграмотно и кощунственно.

Еще единственный вариант - чиркать словечко "Бог" только с здоровущий буквы. В недавно вышедшем 3−м томе Полного собрания сочинений Льва Толстого издатели решили показать повышенное почтение к сакральным сущностям - там употребляется только заглавная буква. "Ей-Богу" , "Бог знает что!" - восклицают толстовские герои. Группа филологов направила сообщение РАН с просьбой отстоять классика от клерикальных инсинуаций.

С единым "Богом" также не все просто. Одни словари предлагают строчить его с громадный буквы, когда речь идет о каждый монотеистической религии. Другие - только в контексте христианства, то есть православные с католиками верят в "Бога", а мусульмане, иудеи, сикхи и т. д. - в "бога"...

Обилие разночтений касается, увы, не только Б/божественных сущностей. К примеру, один словарь уверяет, что мастер по недвижимости называется "риелтор", прочий настаивает на варианте "риэлтор", а в прессе позволительно вдобавок выискать и "риэлтера", и "риелтера". Кстати, организация проверки орфографии программы Word подчеркнула красным все четыре варианта, не предложив ничего взамен.

- Сложившаяся нынче обстановка стопроцентно ненормальна. В книжных магазинах предлагается немного совсем разных изданий, отвечающих необходимым требованиям: значительный авторский коллектив, ещё больше внушительный состав рецензентов, рекомендация РАН и одного из академических филологических институтов. Сделать отбор и понять, что "правильнее", неискушенный джентльмен не может, - считает Наталья Николенкова, доцент кафедры русского языка филологического факультета МГУ.

Но язык - достояние государственное. "Собака" должна писаться посредством "о". Всегда и везде. Вопрос о языковой норме затрагивает практически все сферы жизни начиная с уличных вывесок и заканчивая школой. Единый государственный экзамен[латин. examen]. Проверочное испытание по какому-нибудь учебному предмету. по русскому языку, который в обязательном порядке сдают все выпускники школ, подразумевает, что языковые нормы у нас тоже единые, обязательные и касаются всех граждан.

- Есть такие нормы, в первую очередность в орфографии и орфоэпии, которые связаны с распространением русского языка как государственного, - говорит профессор Мария Каленчук, заместитель директора Института русского языка имени В. В. Виноградова. - Правописание и произношение - это то, что не возбраняется и нужно кодифицировать, то есть узаконить. Это то, чему учат в школе, то, что применяется в официальных документах. Отступление от этих норм крайне здорово мешает коммуникации.

Министерство правильного языка

Нам говорят: пишите грамотно, то есть в соответствии с нормами языка. Но формально у нас в стране до сих пор действуют "Правила русской орфографии и пунктуации", утвержденные в 1956 году совместным решением Академии наук СССР, Министерства высшего образования СССР и Министерства просвещения РСФСР.

За это миг сменилось семь руководителей страны. Множество слов устарело, уймище слов появилось. Тот же самый-самый "Бог" прочно вошел в языковую практику. Но правил 1956 года никто не отменял. Ученые в своем кругу давнехонько уже признали многие из них устаревшими, но решения, равного предыдущему по нормативной силе, до сих пор не принято.

Государство пыталось вторгнуться в лингвистический процесс. В декабре 1995 года был создан Совет по русскому языку при президенте Российской Федерации (кстати, с какой буквы писать "П/президента", словари однозначно вымолвить не могут). Но уже в мае 1997−го этот орган был ликвидирован. А в декабре 1997−го появился Совет по русскому языку при правительстве РФ. Он продержался чуток дольше - до июля 2004 года.

На практике же российский язык пребывал в совсем бесхоз­ном состоянии. Корректорские службы в редакциях сокращались, новые слова придумывались на каждом шагу, и любой писал их как "Б/бог" на душу положит. "Дистрибью/уто/ер", "плее/йер", "риэ/елтор", "бре/энд-консалтинг"... Для множества неологизмов нормы без затей не существовало. Государство прямо оказалось бессильно перед языковым произволом.

Ситуацию попытались исправить ученые. Еще в 90−х годах была создана Орфографическая комиссия РАН, которая работала и работает по этот день на общественных началах. Этой комиссией руководит профессор Владимир Лопатин.

- Мы, как специалисты, фиксируем новые слова и явления в русском языке и следим за их употреблением. Если они употреблены не единожды, а стали применяться довольно широко, мы включаем их в словарь, - рассказал Владимир Владимирович корреспонденту "РР".

В 2000 году его группой был подготовлен план "Свода правил русского правописания", который должен был сделаться аналогом "Правил" 1956 года. Читавшие этот протокол люди начинали возмущаться уже с первых параграфов: "Писать с буквой "у" (вместо "ю") слова "брошура" и "парашут"...", "Распространить написание с "ъ" на все сложные слова без соединительных гласных... "артъярмарка", "гиперъядро", "гитлеръюгенд"..."

До менее радикальных и более разумных предложений самое малое кто добирался. Ученые принялись спорить. Точку в этой дискуссии поставила супруга бывшего президента Людмила Путина, заявившая, что, мол, несвоевременно в текущее время реформировать язык. В итоге проект был похоронен.

- Грамотные люди шибко боятся изменений, - говорит профессор Лопатин. - Орфография - до такой степени общественно значимая вещь, что грамотные люди не хотят не только вводить ничего нового, но не хотят более того устранить некоторые исключения из правил, о которых все уже давно позабыли.

Следующим актом в государственно-лингвистической драме стало образование в декабре 2004 года Межведомственной комиссии по русскому языку под началом Министерства образования и науки.

Самым известным решением этой комиссии стало возвращение буквы "ё". Из-за трудностей в типографском наборе старого образца (сейчас его нигде не используют) буква "ё" без малого исчезла из печатных изданий, а затем и из рукописных текстов. А сейчас представьте себе ситуацию, что какой-то господин с фамилией Шрёдер завещает близкое добро сыну, у которого, как ни странно, тоже фамилия Шрёдер. Но у отца в паспорте две точечки поставлены, а у сына - нет. И получается, что он нисколько не тот человек, которому оставлено наследство.

Межведомственная комиссия высказалась однозначно: "Около 3% граждан Российской Федерации имеют фамилии, имена или отчества, в которых держится буква "ё", и зачастую запись в паспорте оказывается искажённой... Встречаются казусы, когда муж, хозяйка и дети, имеющие де-факто одну и ту же фамилию, имеют паспорта, различающиеся тем, что у одного члена семьи буква "ё" в фамилии напечатана, а у другого вместо "ё" стоит "е"... Поэтому употребление буквы "ё" в именах собственных должно быть бесспорным и обязательным..." И далее: "Игнорирование или отказ печатать букву "ё" будет значить ломание правил Федерального закона "О государственном языке Российской Федерации"".

Вроде бы государственный орган высказался однозначно. Но за минувшие два года ситуация с буквой "ё" немного изменилась. Никаких инстанций, контролирующих соблюдение правил, не существует, и корректоры по-прежнему мечутся между различными справочниками и словарями.

Чтобы желаемое единство было наконец-то достигнуто, нужны две толстые книги: "Правила орфографии" и "Орфографический словарь" - вот это уже будет норма для всего русскоязычного пространства! И школы, и официальные учреждения обязаны будут применять их, и только их.

Такая пара книг есть - они были подготовлены все тем же коллективом под руководством профессора Лопатина. Их "Справочник по русской орфографии и пунктуации" и "Орфографический словарь" являются на в эти дни основными академическими работами в этой области. Словарь содержит самое большое (для словарей этого типа) число слов - 180 тыс. Более того, подходит к концу подготовка его переиздания, где будет уже 220 тыс. слов. Да и академический авторитет этой группы сильно высок. Выходит, норма есть и все с ней понятно?

Оказывается, нет. Словарь и правила, подготовленные группой Лопатина, воспринимаются коллегами вдали не так однозначно. Профессора и преподаватели кафедры русского языка филологического факультета МГУ написали развернутое заключение. Тон - максимально доброжелательный. Но замечаний много.

Например, в окончании предложного падежа собственных имен "Вий" (герой повести Гоголя) и "Кий" (легендарный основатель Киева) Лопатин со товарищи рекомендует писать "-е" : "о Кие", "о Вие". А действующие правила 56−го года - "-и" : "о Кии", "о Вии".

Непросто пришлось жителям Сан-Франциско и Санкт-Петербурга. "Правила" Лопатина предписывают не использовать дефис: "санктпетербуржцы" и "санфранцисцы". Кажется, не так уж нередко мы употребляем эти слова, но оттого что они запросто могут увидаться на экзамене или в вопросах ЕГЭ.

Или еще один образец - написание "как то" или "как-то" перед двоеточием, за которым следуют однородные члены. Процитируем заключение МГУ: "В тексте Справочника эта единица в значении пояснительного союза пишется раздельно - "как то". Это новшество. Оно вводится в 142 п. 2.: "Пишутся раздельно следующие служебные слова... как то (перед перечислением)" (с. 150). В "Орфографическом словаре русского языка АН СССР" дается только дефисное написание (см., например, Сов. энцикл., М., 1960, изд. 9−е). В "Словаре русского языка" С. И. Ожегова прямо сказано: "как-то 4. в значении союза" (М., Русский язык, 1981). В Справочнике кодифицируется новое написание, позволяющее различить неопределенное местоимение (наречие) "как-то" и составной союз ("а именно"). С лингвистической точки зрения это заключение разрешается приветствовать.

Практическое его следствие на реальный миг очевидно:

Господа экзаменаторы! Ни в коем случае не вставляйте этот союз в билеты и тесты! А если встретили его в проверяемом тексте, "закройте глаза" на его написание.

Господа экзаменующиеся! Не используйте его, по возможности, в своем тексте.

Господа редакторы! Вам можно только посочувствовать!!!"

Но помимо экзаменов и редакционной политики есть еще и проблемы с официальными документами. Наталья Николенкова, например, поведала нам такую историю из жизни автолюбителя:

- Есть эдакий тип кузова - "хэтчбек". В словаре Лопатина мы нашли написание "хетчбэк". Но на техпаспорте моей машины значится аккурат "хэтчбек". Представляю себе реакцию гибэдэдэшника, когда я, держа под мышкой словарь, предложу поменять мне техпаспорт.

Но самая главная задача - это статус "Словаря" и "Справочника". Все признают, что это весьма авторитетные работы, в совокупности дающие на практике исчерпывающее отображение современного русского языка. Но для того чтобы стать нормой для школ и госучреждений (в соответствии с проектом 2000 года - "госъучреждений"), нужно располагать официальную визу.

- Как учебники, используемые в школе, должны быть рекомендованы специальной экспертной комиссией, так и словари, некогда чем стать нормативными, должны миновать экспертизу, - рассказывает Мария Каленчук. - Только в словарях с грифом "Одобрено Министерством образования и науки" будут держаться нормы русского языка как государственного. Издательства могут давать что угодно. Но если они хотят, чтобы их словари закупались школами и библиотеками, то издание должно заполучить гриф нашей комиссии. Экспертиза проверяет весь состав и структуру словаря очень тщательно. Занимаются этим только академические специалисты, имеющие навык словарной работы. Мы проверяем, сколь словарь соответствует современным научным представлениям о языке. Могу вам сказать, что из пяти словарей четыре отклоняются.

29 апреля нынешнего года в первый раз за последние полвека были официально утверждены четыре словаря: "Грамматический словарь русского языка" А. А. Зализняка, "Большой фразеологический словарь русского языка" В. Н. Телия, "Орфографический словарь русского языка" Б. З. Букчиной, И. К.Сазоновой, Л. К. Чельцовой и "Словарь ударений русского языка" И.Л. Резниченко.

Но служба группы Лопатина так и не была подана на экспертизу. Скорее всего, это произойдет осенью. И гриф "Рекомендовано" будет получен. Но на этом проблемы не кончатся. Возьмем наше любимое слово "рие/элтор". В прошедшем экспертизу словаре Б. З. Букчиной это слово рекомендуется писать в варианте "риэлтор". Но словарь В. В. Лопатина настаивает на "риелторе". И как быть, если оба словаря окажутся официально утвержденными? Вопрос открытый.

В академическом сообществе разнобой. Как признается Николенкова:

- Доля вины лежит и на филологах, причем на элите - сотрудниках академических институтов, которые в стремлении стать законодателями норм и правил не согласовывают свои действия товарищ с другом.

В воздухе витает крамольная для интеллигентного ума мысль - сотворить единый, "единственно правильный" словарь. Именно так и было сделано в 1956 году. Две толстые книжки вышли одновременно, безмерно переиздавались и служили надежной опорой для учителей и учеников, редакторов и корректоров, чиновников и ученых.

Бог не лягушка

А вообще, что такое норма и откель она берется? Как бог превращается в Бога? Норма вечно имеет некий люфт, где ее границы немножко размываются. В поисках этого зазора и нормы, туда утекающей, мы отправляемся в Институт русского языка имени В. В. Виноградова РАН. Уж там-то никаких щелей быть не должно.

- Норма, которую мы стараемся фиксировать в словарях, складывается из общих лингвистических принципов, то есть из этимологических оснований, словообразовательной логики, грамматических законов и прочего. С иной стороны, существует живая практика: всякие СМИ, литература, устная речь. Есть еще и традиция употребления. Естест­венно, мы стараемся учесть все, - говорит Ия Нечаева, один из авторов словаря "Прописная или строчная".

Итак, норма - это плод сложения двух констант (принципы и традиции) и одной переменной (практика). Где-то в этом уравнении проходит рубежная линия между ошибкой, которая ни в жизнь нормой не станет, и традицией употребления, которая потенциально все-таки нормой стать может.

Например, у "играть значение" или "юнный" шансов нет. А вот у "кофе" этакий шанс был изначально. По традиции иностранные слова на "-е" в русском языке воспринимались как слова мужского рода. Но только по традиции. Никакой железной грамматической логики, как, например, в случае слова "юный", в этом месте нет. Более того, логика языка требует понимать исконно русские слова на "-е" как слова среднего рода. И потихоньку употребление "кофе" в среднем роде - как слова исконно русского - в такой степени распространилось, что доля нынешних словарей его зафиксировала, правда, с пометой "разг.".

Решение о норме принимается коллективом лингвистов, которые зачастую сами оказываются бессильны перед разнобоем традиций. Но вывод все же принимается и заносится в словарь.

- Ну, возьмем наугад. "Царевна-лягушка" , например, - говорит Нечаева. - Я сейчас, открыто говоря, не помню, как мы тогда решили с этой "лягушкой". Давайте рассуждать. Если какое-то общеупотребительное слово становится индивидуальным наименованием, оно начинает писаться с большущий буквы. Вот сколь в этой "лягушке" нарицательного, насколько она является наименованием биологического вида и сколько в ней собственного? Это же очень непростой вопрос. Мне кажется, что тут уже собственного больше и никакое это не видовое наименование. Оба слова надобно писать с здоровенный буквы и сквозь дефис. Давайте проверим.

Лезем в словарь проверять. Читаем: "Царевна-лягушка , Царевны-лягушки (сказочный персонаж)". Не угадали! На той же странице обитает и "Царевна Лебедь" (оба слова с немалый буквы и без дефиса). Почему? Такова традиция - и все.

Вроде бы принцип простой: заглавная буква в слове должна отделить собственные имена от нарицательных. Но вот, к примеру, "Иуда". Это - имя собственное и пишется, ясное дело, с огромный буквы. Но давайте скажем что-нибудь вроде: "Этот иуда всех нас предал!" Апостол тут уже ни при чем, его имя употребляется в функции нарицательного. Так, метафорически, мы даем характеристику человеку как носителю определенных качеств. И тут уже никакой прописной буквы.

- Есть море примеров, когда вы не скажете точно, какое это слово - нарицательное или собственное. И мы, лингвисты, тоже не скажем, потому что это тяжесть объективная, - говорит Нечаева. - Вот в таких случаях допускаются варианты. Ну, например, мы говорим: "Обломовы нашего общества". Я не могу вам сказать: пишите этих "Обломовых" с маленькой буквы, хотя по лингвистической логике как бы бы так и надо. Но практика письма показывает, что так не пишут. И тогда в нарушение логики нам приходится ссылаться на практику и фиксировать в словаре заглавную букву в слове "Обломовы".

Но "лягушка" с "Обломовым" - существа безобидные. А если в вопросительный мотив о крупный букве вмешиваются политика, убеждения, взгляды на жизнь? И тут перед нами неотвратимо встает

"Б/бог". В конце концов, что думает об этом сама церковь?

- В нашу словарную работу церковь (кстати, по поводу "Ц/церкви" словари к единому мнению тоже не пришли) напрямую не вмешивается, - говорит Нечаева. - Но вы же точно обращали внимание, что есть определенные различия в орфографии религиозной литературы и светской. В изданиях Московской патриархии значительно больше названий и имен, которые пишутся с прописной буквы. Так уж сложилось. Они потому как даже в советские времена не следовали официальным орфографическим нормам. Никто в религиозных текстах Бога с маленькой буквы не писал.

- Значит, в общем пространстве русской орфографии есть некие корпоративные ниши, внутри которых существуют собственные правила написания?

- Не то чтобы особые правила написания... Просто так сложилось. Патриархия в этом не одинока. В политической сфере тоже пишут по-своему. Например, в соответствии лингвистической норме в словосочетании "Государственная дума" с большой буквы должно писаться только первое слово. Но в нормативных документах, которые там издаются, с большой пишутся оба слова. Никто нас об этом не спрашивает, - Нечаева разводит руками.

- А если мы имеем занятие с философией? Там с большой буквы и "Разум", и "Бытие", и "Познание"...

- Тут другое дело. Здесь работает принцип особого стилистического употребления в определенных контекстах. Любое слово, если оно обладает особой значимостью в данном тексте, может писаться с большой буквы. Но только в данном тексте. И это не общеязыковая норма.

- Каким особым смыслом должен быть нагружен, например, "стол", чтобы активизировать писаться с большой буквы?

Нечаева улыбается:

- Боюсь, что у "стола" на большую букву шансов нет!

Закрыть Бога

Готовя этот текст, мы опросили десятки ученых и учителей, изучили множество словарей и книг. Честно признаемся: мы все одинаково не можем ответствовать на вопрос, когда же в русском языке наступит эра порядка и однозначности. Но зато мы поняли, как точно писать слово "Бог".

Все очень просто. Если мы имеем в виду единое верховное существо, что правильно для религий типа христианства, ислама или иудаизма, слово "Бог" пишется с большой буквы. К вере в Бога это не имеет отношения, каким бы атеистом вы ни были - такова норма. Ну а если богов много, как было в язычестве (Марс, Юпитер или Перун, Велес), то им положена буква строчная. И когда вы поминаете бога всуе ("не дай бог", "ей-богу") , выпендриваться тоже не стоит - пишите с маленькой.

Хоть с этим разобрались. Слава богу!