Мировой финансовый кризис ускорил глобальную переоценку стоимости рисков. На плаву останутся те банки, которые быстрее других создадут новые действенные стратегии

Александр Писарук

Фото предоставлено компанией ING Wholesale Banking

В разгар всемирного финансового кризиса заинтересованность к происходящему в банковском секторе в особенности высок. О своем видении ситуации "Эксперту" рассказывает генеральный босс ING Wholesale Banking в России Александр Писарук.

- Ваш банк в начале девяностых годов стал одним из первых западных финансовых институтов, получивших лицензию на ведение деятельности в России. Изменилась ли за эти годы стратегия работы на российском рынке?

- "ИНГ БАНК (ЕВРАЗИЯ) ЗАО", выступающее под брендом ING Wholesale Banking, - это стопроцентно дочернее предприятие группы ING, представляющее собой подразделение корпоративного инвестиционного банкинга ING в России. Мы работаем в этом месте больше пятнадцати лет и достигли довольно впечатляющих результатов. Помимо ING Wholesale Banking в России представлены ещё фирма "ING Страхование жизни" и лизинговая компания, которая является частью ING Wholesale Banking.

Стратегия нашего банка состоит в работе с крупными корпоративными клиентами, и она не особенно изменилась за прошедшие пятнадцать лет. А вот наша клиентская база стала существенно шире. У банка ныне более тысячи клиентов, и большинство из них - российские компании. Многие считают, что ING обслуживает только филиалы крупных международных корпораций, но это не так. Доля российских клиентов в банковском портфеле растёт с каждым годом, и это доля нашей стратегии.

Мы придерживаемся достаточно консервативного подхода к освещению своей деятельности, и это также количество нашей стратегии. Не во что бы то ни стало надрываться о себе - настоящие результаты и так очевидны. По итогам работы за первое полугодие 2008 года ING Wholesale Banking немаловажно нарастила активы: нам удалось подняться в рейтингах по объему активов с тридцать третьей позиции на двадцать шестую. Помимо клиентской базы мы стараемся расширять нашу продуктовую линейку, инвестировать средства в новые бизнесы.

- О каких новых бизнесах идет речь?

- Важным проектом банка в этом году является внедрение деривативных продуктов. Эти продукты востребованы корпоративными клиентами для хеджирования их процентного и валютного риска, а ещё риска ценовых колебаний на товарных рынках. Другой план - создание полноформатного брокерского подразделения по торговле акциями. Это крайне значимый для нас проект, тот, что должен быть реализован в этом году, хотя, конечно, в эти дни условия на рынке не самые легкие. Но мы считаем, что необходимо действовать ставку на предстоящее формирование бизнеса, в котором мы стопроцентно уверены, и давать начало нужно как раз в те времена, когда не все хорошо, - следует подготовиться к буму.

- Собираетесь ли вы расширять клиентскую базу за счет малого и среднего бизнеса?

- Сегодня у нас таких планов нет. Однако в силу привлекательности этого сегмента рынка я бы не исключал подобной возможности в будущем.

- Известно, что многие западные банки пострадали от кризиса ликвидности. Как группе ING удалось избежать потерь?

- Я думаю, что нынче финансовых институтов, чувствующих себя комфортно, несложно не существует, но ING впрямь переживает кризисные времена с меньшими потерями, чем другие. Первая причина - группа ING имеет хорошую, достаточно сбалансированную бизнес-модель с просчитанным сочетанием розничного и корпоративного бизнеса. Вторая причина - группа ни в жизнь не увлекалась шибко сложными производными инструментами, которые стали основными источниками проблем, связанных с продолжающимся на рынке финансовым кризисом. И третья причина - наша финансовая группа завсегда славилась неплохо поставленным управлением рисками.

- Ваши прогнозы в сложившейся ситуации - будут ли в России вырастать ставки по кредитам?

- Ставки сегодня уже выросли. Это последствия финансового кризиса, который еще не закончился. Данный тренд мы будем следить в течение ближайшего года. Я не думаю, что ход будет тянуться бесконечно, со временем ставки начнут стабилизироваться и даже, возможно, снижаться, но я уверен, что они никогда не вернутся на докризисный уровень лета прошлого года. Происходит глобальная переоценка стоимости премии за риск - тот самый процесс затронул все рынки в мире без исключения, все классы активов. Поэтому более того лучшие корпоративные заемщики с весьма хорошим кредитным рейтингом будут вынуждены оплачивать более высокую цена привлеченных ресурсов.

- Сказалось ли удорожание кредитов на вашей деятельности? Вы почувствовали это в работе с клиентами?

- Поскольку наша финансовая группа сравнительно нетрудно переживает кризис, мы не почувствовали удорожание кредитов излишне остро. Стоимость заимствований в мире выросла для всех финансовых институтов, и мы не исключение, хотя для нас она выросла в меньшей степени, чем для многих других.

- Не стало меньше желающих забирать у вас кредиты?

- Число желающих схватить кредит продолжает расти. Если их выстроить в одну очередь, то она вытянется до соседнего здания. Желающих много, и это связано с тем, что из-за кризиса рынки перестали стандартно функционировать. Корпоративное финансирование сквозь организацию синдицированных кредитов, выпуск еврооблигаций или привлечение акционерного капитала значительно усложнилось, и стоимость такого привлечения кардинально отличается от той, которая была возможна до кризиса. Многие компании пробуют нарыть возможности удешевить заимствования, пытаются перейти на банковские кредиты, будь то клубные сделки или кредиты на двусторонней основе.

Переход от финансирования посредством рынки капитала на финансирование через банковские кредиты - что ни на есть явный тренд продолжающегося кризиса. Если я точно помню статистику, до кризиса возле восьмидесяти процентов заемных денег привлекалось с рынка капитала и примерно двадцати процентов - с банковских балансов. Можете представить, как велик ныне спрос на эти ограниченные ресурсы. Поэтому любой банк старается создавать свою работу так, чтобы рационально применять имеющиеся у него ресурсы для развития своего бизнеса. И мы, опять-таки , не исключение.

- Ваш банк предоставляет на российском рынке весь спектр банковских услуг. Какие направления для вас приоритетны, что вы намереваетесь развивать в первую очередь?

- Прежде всего стоит упомянуть нашу депозитарную деятельность. Это бизнес, благодаря которому мы более всего известны на рынке, бизнес, где мы являемся заслуженными лидерами. Помимо этого я бы выделил наши кредитные продукты, охватывая структурированное финансирование, а кроме того свой коммерциал на валютном, денежном рынке и рынке облигаций. Во всех этих областях мы являемся одними из лидеров рынка. Ну и, наконец, необходимо пометить расчетно-кассовое обслуживание и услуги по управлению ликвидностью, которые являются основой деятельности любого банка. Мы инвестируем в новые продукты по управлению ликвидностью и связанные с ними IT-решения , а также занимаемся оптимизацией наших бизнес-процессов. По моему глубокому убеждению, в будущем конкурентоспособным банком сможет быть только тот, в котором свойство обслуживания клиентов лучше, чем у остальных.

- Некоторые финансовые аналитики предсказывают проворный кризис российской банковской системы из-за того, что в стране не сложилась организация отраслевых банков, финансирующих крупные проекты. Вас не пугает подобная перспектива?

- Я не окончательно понимаю, зачем считается, что присутствие отраслевых банков является панацеей от кризиса. Я не думаю, что архитектура банковского сектора, основу которой составляют отраслевые банки, как это было в плановой экономике, оптимальна. Что истинно важно, так это существование экспертизы проектов в каждой конкретной отрасли промышленности. Наша структура, обслуживающая корпоративных клиентов, построена по секторальному признаку, но для этого необязательно творить отраслевой банк. Отраслевую специализацию разрешено помогать в рамках нормального универсального банка. Главное, чтобы банк был устойчивым, большим, способным привлекать достаточные ресурсы, располагать информацией отрасль и обладать качественную продуктовую линейку.

Доступ к ресурсам определяется скорее бизнес-моделью , нежели отраслевой специализацией. На мой взгляд, перспектива за универсальными банками, которые будут сбалансированно развивать и розничный, и корпоративный бизнес. Это единственный из уроков кризиса - специализированные банки страдают больше. Первый компонент - диверсификация рисков, второй - доступ к ликвидности, к фондированию, это условия успешного бизнеса.

В России риски банковского сектора возникают от того, что его структура не оптимальна. В стране сильно полно банков, не все они эффективны; не хватает реально крупных и устойчивых игроков со сбалансированной бизнес-моделью , которая позволяет без особых потерь болеть кризисы. По моему мнению, системного кризиса в России не будет. Мировой навык показал, что системные банковские кризисы значительно дешевле предотвратить, чем следом понимать с последствиями. Этого никто в России не допустит, но отдельные жертвы могут быть: важный кризис очень глубок и продолжителен, он еще вдали не закончился, может, он будет тянуться не один год.

Отрицательный опыт учит нас извлекать уроки, и я думаю, что наука будет извлечен повсюду - не только в России, но и в других странах. Одним из уроков должна сделаться некая реструктуризация или оптимизация структуры банковского сектора. Должна сотвориться консолидация. Недавно Центробанк увеличил нормативы минимального капитала - это натуральный процесс. Банковская система нимало не непременно должна состоять только из крупных игроков - нигде в мире она в таком виде не существует, но есть установленный целесообразный финансовый уровень института, который позволяет ему в этой системе результативно участвовать.